перейти к содержанию журнала №12 (237), Декабрь 2016г.   перейти к содержанию журнала №04 (234), Апрель 2016г.   перейти к содержанию журнала №02 (233), Февраль 2016г.   перейти к содержанию журнала №11 (232), Ноябрь 2015г.   перейти к содержанию журнала №09 (231), Сентябрь 2015г.   перейти к содержанию журнала №08 (230), Август 2015г.    на главную страницу сайта
СОДЕРЖАНИЕ
№03 (142), Март 2007г.
КОЛОНКА РЕДАКТОРА
ДЕЛОВАЯ ХРОНИКА
ПОЛИТИКА
КОНКУРЕНЦИЯ
ТЕХНОЛОГИИ
ПОТРЕБИТЕЛЬ
PR-ЭКСПЕРТИЗА

КОЛОНКА РЕДАКТОРА   

Наказать или защитить?

Дискуссия о реформе банковского надзора развивается уже второй месяц. И чем дольше она длится, тем больше сам факт разговоров вселяет уверенность в том, что реформа действительно необходима. Уже появились предложения выделить банковский надзор из Банка России по причине его некачественного, и даже, более того, незаконного осуществления, поскольку в ряде случаев банковское законодательство расходится с административным, закрепленным Кодексом административных правонарушений (КоАП). Но является ли уникальным положение банковского надзора и лицензирования в нашей стране?

Известно, что банковская деятельность в России, как и во всем мире, подлежит обязательному лицензированию, а кандидатуры руководителей банков – обязательному согласованию с Центральным банком. Это сделано потому, что квалификационное право заниматься банковской деятельностью отнюдь не является «конституционным» правом каждого гражданина или каждой компании, зарегистрированной в Едином государственном реестре. Право заниматься банковской деятельностью – это особая привилегия, которая предоставляется наиболее профессиональным гражданам и организациям, способным сохранить и приумножить средства, доверенные им кредиторами и вкладчиками. В России кроме банковской лицензируются еще порядка сотни других видов деятельности. В основном, лицензированию и последующему контролю подлежат виды деятельности предпринимателей или организаций, связанные с необходимостью обладания специально обученным персоналом, оборудованием и помещениями, либо потенциально опасные для окружающих.

Лицензии выдают около 30 разных государственных организаций. Они же впоследствии и контролируют лицензиатов. При этом большинство условий выдачи лицензий, критериев соответствия соискателей этим условиям, надзорных мероприятий по проверке лицензиатов, условий изъятия лицензий определяются отнюдь не федеральным законодательством, а нормативной базой ведомств, ответственных за лицензирование. До последнего времени никому даже в голову не приходило попытаться внести нормативную базу всех этих ведомств в федеральное законодательство, в частности в КоАП по причине абсолютной невыполнимости, а следовательно и бессмысленности данного действия. С другой стороны, задачей банковского надзора отнюдь не является наказать виноватых банковских менеджеров за их плохое управление банком, за его пошатнувшееся финансовое состояние или за чрезмерно высокие риски, принятые на себя и, как следствие этого – за утрату способности отвечать по своим обязательствам. Задача надзора – защитить общество – кредиторов и вкладчиков – от потери надежности, утраты доверенных банку средств. Но если руководство банка и его акционеры вовремя проведут необходимые (согласованные с надзором) мероприятия по исправлению пошатнувшегося положения, то санкции с банка могут быть сняты и отозванная лицензия – возвращена. Подобные случаи в России тоже бывали: вспомним Тверьуниверсалбанк, лицензия которого была возобновлена. Так стоит ли говорить о «презумпции невиновности» в пруденциальном надзоре, если цель его состоит вовсе не в том, чтобы найти виноватого и его наказать, а защитить общество от потерь?

Почему же тогда банки с отозванными лицензиями очень скоро прекращают существовать? В основном потому, что для расплаты по обязательствам реальных активов у банка к тому моменту уже не хватает, капитал у него уже отрицательный. Другая причина – «растаскивание» активов в процессе санации и ликвидационных процедур. Такое раньше тоже случалось, пока за ликвидацию банков не взялось АРКО (его прежнее руководство теперь работает в Агентстве по страхованию вкладов). Сотрудники этой государственной корпорации научились выделять и опротестовывать подозрительные сделки, поэтому случаев растаскивания активов на банковском рынке становится все меньше. Таким образом, основная причина банкротства банков – отрицательный капитал, вызванный неоправданно высокими рисками, в том числе правовыми, которые невозможно математически подсчитать. Здесь на помощь приходит мотивированное суждение, которое, в первую очередь, необходимо самим банкирам.

Понятие «мотивированное суждение» пришло в Россию из международных стандартов ведения учета. Именно в соответствии с ним в международной бухгалтерской практике осуществляется оценка тех активов, точную стоимость которых невозможно посчитать, в том числе из-за рисков, на нее влияющих. Поэтому без мотивированного суждения, введенного Банком России в практику оценки рисков в коммерческих банках, становится невозможным достоверно оценить влияние сложных, а иногда и противоречивых процессов и факторов. Вообще говоря, в нашей жизни мотивированное суждение мы встречаем повсюду и, похоже, что это – вообще единственный способ достоверной оценки человеком поведения сложных объектов. Не удивляют же нас мотивированные суждения врачей при постановке диагноза, назначении лекарств или требовании карантина. А ведь если задуматься, то все это представляет собой ни что иное, как ограничение наших прав, между тем абсолютно никак не регулируемое КоАП. Так и при осуществлении надзорных процедур сотрудники Банка России совершенно естественно применяют мотивированные суждения о рисках, принимаемых банком. Избежать этого невозможно, потому что иначе результаты надзора окажутся заведомо недостоверными. Вопрос заключается в том, насколько они достоверны сейчас? Уровень достоверности, качество результата зависят от профессионализма надзорных специалистов Центрального банка. Но высококлассные специалисты на рынке труда всегда востребованы и дорого стоят.

Как известно, зарплаты российских чиновников ограничены тарифной сеткой. Однако Банк России имеет особый статус и осуществляет свои расходы за счет собственных доходов, поэтому в состоянии платить специалистам, занимающимся банковским надзором, компенсацию, адекватную их профессиональному уровню. Бюджетные организации, в том числе и федеральные, такой возможности лишены, что приводит к кадровому голоду и недостаточной квалификации их надзорных специалистов, а часто и к более общественно опасным последствиям. Поэтому изъятие надзорных функций у Банка России и их передача другой государственной организации, к примеру, единому регулятору за всем финансовым рынком, или мегарегулятору, как еще его называют, может привести к утрате надзором квалифицированных кадров, к потере контроля над рынком и к опасным последствиям для всего общества. Так нужна ли российскому обществу сегодня революция в сфере банковского надзора? Станут ли от этого российские банки надежнее?

Вероника Новикова

      Яндекс цитирования   Rambler's Top100 © Аналитический центр финансовой информации, 2005-2006
Для корреспонденции в редакцию журнала: info@abajour.ru
Вопросы, пожелания и замечания по сайту: web@abajour.ru